Hqdefault

Для охоты по водоплавающей птице пригодны длинношерстые легавые, гончие и даже беспородные «дворняжки». Но я не могу того же сказать о кокер-спаниелях, которых авторы особенно рекомендуют для этой охоты.

В последние годы, в связи с эксплуатацией лесных богатств, особенно в средней полосе, заметно уменьшилось количество лесной дичи. Для охоты на неё необходима хорошо поставленная легавая собака. Также значительно возрос интерес к охоте по водоплавающей птице, которая допускает собак пониженных качеств и не требует их сложной натаски.


Утка, которая доступнее всякой другой дичи, водится всюду и составляет почти главный объект охоты по перу. Поэтому, естественно, возник вопрос о подыскании породы собак, отвечающей требованиям этой интересной и популярной охоты. Авторы статьи уже разобрали достоинства и недостатки собак, обычно применяемых на утиных охотах, и надо признаться, что недостатков оказалось больше, чем достоинств: гончая имеет хороший полаз, настойчиво ищет в самых недоступных крепях, но она не аппелиста, портит птицу и часто поднимает на крыло утку вне выстрела; пойнтер совершенно не годится для работы по уткам, он выходит из болота совершенно израненным; сеттер мог бы быть более других пород пригоден для этой охоты, но он не обладает должным полазом и выносливостью в болоте. Впрочем, не каждый охотник решится пожертвовать своим сеттером для охоты по уткам, чтобы затем прекратить его дальнейшую охотничью карьеру.
Какая же порода ближе всего подходит к требованиям утиной охоты ?


По поймам реки Сейма была прекрасная охота по уткам. Имея высококлассного английского сеттера, только что окончившего с большими наградами испытания, я не решался пользоваться им на охоте по уткам и стал искать собаку«утятницу». Просматривая охотничью литературу, я обратил внимание на популяризацию спаниелей как собак, созданных специально для охоты на уток. Я заинтересовался этой породой и перечитал о ней всё, что мог найти. По отзывам получалось: кокерспаниель  «гончая по птице»  имеет прямое назначение поднимать на крыло валь фазана и в стайках заменяет загонщиков; у неё хороший охотничий инстинкт, она быстро поддаётся дрессировке, плавает, как рыба, ныряет и аппортирует с любого болота. Что же еще нужно? Решив проверить на деле работу спаниелей, я приобрёл прекрасный экземпляр кокерспаниеля от бельгийского полевого и выставочного чемпиона и известной московской суки. Мой Сам был прекрасной собакой: чёрный, с громадными свисающими волнистыми ушами, он был норовист, весел, общителен. Гостей он встречал весёлым лаем и провожал их в комнаты. Аппортировка и розыск утерянных предметов были его манией. Во время обеда Сам всегда сидел за столом на стуле, наклоняя голову то вправо, то влево, как бы стараясь вникнуть в человеческую речь. До начала охотничьего сезона оставалось ещё много времени, и я стал ходить с ним на озеро, находящееся на территории завода, где я работал. Восторгу моему не было конца; я был уверен, что приобрёл именно то, что хотел. Сам плавал великолепно и оригинально. Он не погружался в воду всем телом, как другие собаки; значительная часть его спины всегда была над водой, плыл он «саженками», рывками, далеко опережая моего сеттера. Бросался в воду Сам азартно, с очень крутых и высоких берегов. Не считался он с препятствиями, превосходно нырял и аппортировал из воды предметы, которые во много раз превышали его собственный вес. В воде он мог держаться очень продолжительное время и без приказания почти никогда не выходил на берег. Таковы были качества моего будущего «утятника».


Наконец, наступил день охоты. Признаюсь, с ранней юности я не испытывал такого волнения, как в тот день, когда мы с Самом подходили на рассвете к круглому кочковатому болоту. Посланный вперёд Сам ринулся в болото и с исключительной страстью стал обыскивать его. Поднявшийся чирок после моего выстрела упал среди кочкарника. Сам направился за ним и скрылся среди зарослей. Я слышал его, но не видел. «Найдёт ли?» — с волнением думал я. Вскоре шум стал приближаться, и между кочками показалась голова Сама с уткой в зубах. В это время ко мне подошёл охотник с громадной собакой из породы, похожей на «Гордона». Этот псище, завидя малыша, плывущего ко мне с уткой в зубах, из зависти или по какимлибо другим собачьим побуждениям вошёл в болото и поплыл наперерез Саму. Надо было видеть, как малыш, лавируя между кочками, удирал со своей добычей от большого пса, точно миноносец от дредноута.


Своей добычи он не упустил. Он вынес её на берег и подал мне. Птицу он взял правильно  под крыло. Это была его первая утка, первая работа в первом поле. Я восторгался без конца. Экзамен был выдержан блестяще. Следующих уток он так же энергично поднимал на крыло и чётко аппортировал. Но я понимал, что такая напряженная работа собаки долго продолжаться не может. Болота, где я охотился, представляли собой заросший осокой кочкарник, в некоторых местах вода достигала пояса охотника. Во всяком случае, там, где большая собака смогла бы держаться на ногах, спаниелю приходилось плыть или прыгать с кочки на кочку. Если принять во внимание исключительную страстность её работы и неумение экономить свои силы, было ясно, что собака вскоре должна будет выдохнуться. Действительно, к 1О часам утра Сам окончательно устал. Я нашёл его сидящим на кочке. Он поднял одну лапку и смотрел на меня жалобными глазами. Вся его маленькая комичная фигурка выражала полный упадок сил. Я посидел возле него с полчаса и попытался послать в дальнейший поиск, но он посмотрел на меня утомлёнными глазами и свернулся калачиком на кочке. Я взял его на руки, отнёс в соседнюю деревню, уложил в сарай на сено, а сам вернулся на болото, где и продолжал охотиться с собакой своего спутника. На следующий день Сам всё время спал. Через несколько дней я снова взял его на охоту. Сам повторил почти полностью программу первой охоты: с утра он работал идеально, вкладывая в дело всю свою энергию и проявляя исключительную темпераментность. Работал он, не отходя далее 30 шагов, слушал свисток, реагировал на посыл и направление рукою, даже нашёл двух кряковых подранков, оставшихся, поввдимому, от предыдущих охот, и принёс их мне. Но часам к 10—11 утра он опять увял; поиск его замедлился, он чаще выходил из болота. Достаточно было остановиться закурить папиросу, как он уже пользовался случаем и, свернувшись калачиком, засыпал возле моих ног. Такая картина повторялась в течение двух лет. Я мог мириться с этим, так как у меня была вторая собака, с которой я чередовал свои охоты.


Какой же можно сделать вывод из всего сказанного? При своих охотничьих качествах, полной приспособленности к работе в воде, исключительной страстности, любви к аппортированию, кокерспаниель всё же слишком мелкая собака для работы в тех тяжёлых условиях, в каких нам приходится охотиться. Иначе говоря, у неё не хватает силы выносить тягости охоты в болоте.

Нарушения пищеварения у собак

12-11-2018 Hits:4 Собаководство RuneFlame - avatar RuneFlame

376834

Часто приходится выслушивать жалобы владельцев собам на то, что собаки плохо и мало едят, заглатывают всякие несъедобные предметы: окурки, карандаши, бумагу и т. д., некоторые собаки грызут деревянные предметы будку...

Read more

Полевые испытания легавых собак

14-11-2018 Hits:3 Легавые RuneFlame - avatar RuneFlame

Npw3RlMGSlM

Каждый пересмотр правил полевой экспертизы легавых собак преследует цель их совершенствования. Знание истории развития полевых испытаний может помочь полнее использовать опыт прошлого и избежать повторения ошибок.

Read more

Цистицеркоз диких копытных

13-11-2018 Hits:4 Охотничьи животные RuneFlame - avatar RuneFlame

C141347

Цистицеркоз тенуикольный (тонкошейная финна) — гельминтозное заболевание, вызываемое личиночной стадией Taenia hydatigenaCystfeercus (ennicolfis, которая локализуется на серозных покровах сальника, брыжейки, печени и других органов копытных и человека.

Read more