16

Соболиные уборные и столовые, но описание их отсутствует и объяснения этим понятиям не дано. Очень многое из наших полевых наблюдений не укладывается в прокрустово ложе книги или научной статьи и долгие годы пропадает втуне, а часто не бывает опубликовано вовсе. Остались в дневниках и мои наблюдения за соболиными уборными и столовыми, хотя они любопытны не только в познавательном отношении.

Охотники и натуралисты давно заметили, что соболь часто оставляет экскременты На возвышенных, твердых, ровных и чистых местах — тропинках, лыжнях, пнях, валежинах, камнях и т. д. Зоолог В. В. Раевский однажды на двухкилометровом отрезке лесной тропы обнаружил 28 экскрементов соболя. П. П. Тарасов считал, что соболь намеренно оставляет экскременты в подобных местах, что они являются оповещательными знаками, свидетельствующими о занятости территории, и выполняют роль предостерегающего сигнала: «Нарушители границ, берегитесь!». П. П. Тарасов писал:    «Такими знаками у соболей служат прежде всего экскременты, которые соболь постоянно оставляет на какихлибо приметных местах. Подобно тому, как собаки и волки делают свои «подписи» у заметных издали «оповещательных пунктов» (столб, одинокое дерево), соболь оставляет экскременты на возвышенных местах, таких как пень, поваленное дерево, покрытый снегом бугор и т. д. Любопытно, что соболь испытывает потребность оставлять знаки своего пребывания на таких местах, как свежая лыжня, припорошенная снегом кулема (ловушка на соболя), лабаз для продуктов и т. п. Почти всегда можно обнаружить экскременты соболя на упавшем поперек речки дереве, которым соболи часто пользуются, как мостом. Оставлять на этих «мостах» знаки своего пребывания наиболее выгодно, так как именно тут они будут замечены другой особью. Не случайно, что, например, собаки оставляют свои «подписи» наиболее постоянно у «мостов» 5. «Примерами последних являются собачьи «подписи», медвежьи закусы на деревьях, намеренно оставляемые соболем на заметных местах (пне, колоде, лыжне) экскременты»    .


П. П. Тарасов, таким образом, полагал, что, вопервых, соболь сознательно оставляет экскременты, как предостерегающие и оповещательные знаки, и, вовторых, он намеренно оставляет их в таких местах, где они лучше заметны для других зверьков.
Многолетние наблюдения за соболем в Баргузинском заповеднике при вели меня к иным выводам. Соболь, действительно, склонен оставлять экскременты в подобных местах. Ему, как и многим другим животным, свойственно «крутиться вокруг хвоста», заранее готовить место, утаптывать его, так как в глубоком снегу присевший коротко 
лапый зверек касается снега. Летом среди зарослей таежных кустарничков и в глубоких мхах ему также неудобно совершать свой туалет. Именно поэтому соболь оставляет экскременты на лесных тропах, дорогах, валежинах и т. д. На вепежиньБ, лебези, куп емки и «снежные бугры» он забирается не потому, что экскременты на них будут хорошо видны, а потому, что в подобных местах снег «кухтится», делается необычайно твердым, и зверек совершенно не проваливается.
Наблюдения за местами, на которых соболь совершает свой туалет, троппе ние его суточных ходов привели меня к выводу, что говорить о намеренном оставлении зверьком экскрементов на заметных местах нет оснований. Нет оснований придавать им значение и предостерегающих знаков. Старые представления о явлении так называемого территориализма у соболей, об охране ими своих индивидуальных районов, о смертных драках и умерщвлении слабейшего были радикально пересмотрены более поздними исследованиями (Дулькейт, 1957; Гусев, 1961, 1966) . Соболь совершает свой туалет по самой естественной причине и там, где ему удобно. Но раз экскременты оставлены, они могут без всякого намерения со стороны животных стать средством их общения, служить источником разнообразнейшей информации: о возрасте и поле зверя, его готовности к спариванию, сытости, здоровье, содействовать синхронизации полового цикла и т. д. Экскреция соболя, несомненно, имеет определенное биологическое значение, однако закономерности «маркировочного поведения» этого зверька никто специально не изучал, об этом можно строить только догадки.


Характеру дефекаций животных экологи, как правило, не придают значения. Скопления экскрементов у соболя отмечались только у постоянного убежища. «Только при наличии более или менее постоянного убежища соболь имеет также нечто похожее на постоянную уборную», — пишет хороший знаток соболя Г. Д. Дулькейт. В действительности, скопления экскрементов у соболя наблюдаются не только у постоянного запуска, но и на тропах и в таких местах, куда соболь неоднократно приходит добывать корм.


Характер «ходовых» экскрементов соболя. За время суточного хода соболь оставляет выделения (экскременты, экскременты с мочой и одна мо« ча) от 5 до 31 раза. Случай с наибольшим количеством еыделений наблюдался 23 января — на суточном ходе длиной в 9 километров одни экскременты обнаружены 7 раз, одна моча — 20 раз и экскременты одновременно с мочой — 4 раза. Общий вес этих 11 кучек экскрементов равнялся 49,1 г. 20 марта на суточном ходе длиной
16 километров было подобрано 22 экс кремента.
Во время суточного хода зверьки оставляют небольшие по размерам экскременты чаще всего от 2 до 6 см длиной, от 0,4 до 1 см толщиной и от 1 до S г весом. Их форма и цвет зависят от пищи. Если в пище преобладает кедровый орех, они имеют форму двух трех толстых и тупых колбасок коричневого цвета, если мышевидные грызуны, они «как бы закручены в несколько винтообразных витков и оканчиваются остриями» (Раевский, 1947)  ; такие экскременты окрашены в черный цвет. Синими они бывают тогда, когда зверек питается черникой или голубикой. В. В. Раевский описал яркожелтые экскременты соболя, состоявшие из остатков перепончатокрылых.
По наблюдениям Ф. Д. Шапошникова  , дефекация у соболя в неволе бывает в среднем 24 раза в сутки. Примерно то же наблюдается и у вольных соболей, если учесть, что некоторые экскременты остаются не обнаруженными и что так называемый суточный ход соболя составляет только половину истинного суточного хода, так как соболь выходит на охоту дважды, чаще всего в часы утренних и вечерних сумерек.


Характер экскрементов соболя у временных убежищ. Покидая убежище, невдалеке от его выхода соболь, как правило, оставляет экскременты. Они значительно крупнее «ходовых» экскрементов. Знание этого очень помогает при определении местонахождения временных и случайных убежищ соболя Однажды при тропленим суточного хода обнаружение таких экскрементов помогло мне определить местонахождение убежища и тем самым зафиксировать конец суточного перехода зверька. 20 марта 1958 г. на суточном хрде соболясамки длиной 16 километров (самый длинный суточный ход из всех изученных нами) мы обнаружили экскременты в 22 местах. Все это были обычные «ходовые» экскременты со всеми присущими им особенностями. И только в одном месте был обнаружен крупный экскремент в 22 см длиной, больше 1 см толщиной и в 12,1 г весом. Осмотр места позволил обнаружить временное убежище соболя под заваленной снегом валежиной. Это был единственный надежный признак убе* жища, вход в которое ничем не отличался от любого другого входа под снег, сделанного соболем в поисках пищи.
Уборные на тропах. Скопления соболиных экскрементов можно обнаружить не только у более или менее постоянных запусков, но и на тропах. Уборные на тропах нужно искать на небольших буграх снега. Такие возвышения образуются над пеньками, небольшими муравейниками, сучьями и т. д. Снег в таком бугорке напоминает кухту, со временем он превращается в очень 
твердую снежную массу, на которой зверьки совершенно не проваливаются. Эти бугорки вполне заменяют соболю дороги, лыжни, валежины, лежки крупных зверей (где экскременты, кстати сказать, оказываются значительно ниже поверхности снега и совершенно не видны) и другие излюбленные места туалета. Раскопав несколько таких бугорков, я обнаружил в их толще по несколько экскрементов и пятен замерзшей мрчи. На одной соболиной тропе я нашел уборные с 6, 5, 3 и 7 эскрементами, ничем не отличавшимися от «ходовых» экскрементов. Они располагались в толще снежных бугоркоя на разной глубине и принадлежали, по видимому, разным соболям.
Уборные у столовых. К концу зимы толщина снега увеличивается, а его плотность и твердость (сопротивление погружению) возрастают. Соболю становится труднее добывать пищу на ходу и он начинает охотиться в постоянных местах. Такими местами чаще всего являются нагромождения заваленного снегом бурелома, среди которого сохраняется много пустот. Соболь время от времени посещает приглянувше!еся ему место и ловит полевок, подкарауливая их, как кошка. Особенное значение такие столовые приобретают в период настов.


14 марта мы обнаружили соболиную столовую, которой пользовались, повидимому, два соболя: самец и самка. Столовая стала посещаться зверьками после того, как высота снега достигла 45—50 см, что удалось установить по тропам и экскрементам в толще снежного покрова. В столовую на расстоянии одного метра друг от друга вели два хода с обледеневшими стенками. На поверхности снега вокруг «дверей» в столовую были видны многочисленные следы различной давности. Аккуратно, слой за слоем раскопав сног, я обнаружил 24 кучки экскрементов. Они были расположены на разной глубине в толще снега, не выше 45 см от поверхности земли и не дальше 1 м от входов в столовую. Очевидно, зверьки посещали столовую не менее 24 раз. Ходы в столовую ничем не отличались от ходов в запуск. И только по размерам экскрементов (обычные «ходовые» экскременты) и по их расположению вокруг ходов можно было установить, что это не запуск, а столовая. Умение обнаружить уборные у столовых и на тропах позволяет собрать массовый материал для изучения питания соболя. Только за один день 14 марта в 4 уборных на тропах и в одной уборной у столовой мы собрали 52 экскремента, затратив на их раскопку всего около получаса.


Уборные у запусков. Запуски, которые посещаются соболем неоднократно, располагаются чаще всего в прикорневых дуплах. В таком запуске или в одном из ответвлений дупла в большой корень, или невдалеке от хода в гнездо (0,5—3 м) можно обнаружить постоянные уборные. Очень типичный запуск и уборные были найдены мной в конце марта в междуречье Большой и Давшинки в Баргузинском заповеднике.


К гнездовой камере, расположенной в прикорневом дупле старого тополя остолопа, вел подснежный ход длиной 3 м и диаметром 9 см. Входное отвер 
стие имело размеры 8 на 12 см. Туннель сильно оледенел. Сразу же за входом туннель шел почти отвесно вниз на 40 см, а затем под прямым углом поворачивал к запуску. В 25 см от выхода из туннеля одна над другой располагались две уборные, разделенные снежной прослойкой в несколько сантиметров. Толщина смерзшихся экскрементов достигала 15 см. Между уборной и входом в туннель снег был почти до земли пропитан мочой. Нижний слой экскрементов находился в 50 см от земли. На глубине 20 см от земли, в толще снега, ближе к гнезду, в 1,5 м от двух первых уборных, я нашел третью уборную. В первой уборной было примерно 10 экскрементов, во второй — 8 и в третьей тоже 8. В начале зимы вход в запуск находился рядом с первой уборной, но затем, после сильного снегопада, он был проделан в другом месте.


Анализ обнаруженных уборных позволил сделать следующие выводы. Зверьки посещали запуск в продолжение трех бесснежных морозных периодов. Первый период продолжительностью примерно в десять дней был в середине ноября, когда снег достиг высоты всего 20 см, второй — в начале февраля, когда глубина снега увеличилась до 50 см и, наконец, третий — в конце февраля — начале марта. Таким образом, этот запуск в продолжение зимы зверьки посещали около 30 раз, все остальное время отдыха проводя в других запусках или временных убежищах.
Экскременты в уборных у запусков имеют максимальные размеры. Толщина их достигает 1,2—1,7 см, длина — до 25 см, вес — до 20 г. Так как один и тот же запуск может в разное время посещаться разными соболями, то анализ экскрементов из уборных не позволяет изучать специфику питания отдельных соболей до тех пор, пока дополнительные наблюдения не покажут, что они принадлежат одному зверьку.


Сколько времени соболь провел в запуске? При какой глубине снега возникли первые трудности в добывании пищи? Когда зверьки начали посещать столовые? Как отличить вход в запуск от входа в столовую? Как обнаружить временное убежище или случайную лежку? Как в кратчайшие сроки и с наименьшей затратой сил собрать обильные материалы по питанию соболей? На все эти вопросы поможет дать ответ знание описанных выше особенностей поведения соболя. Анализ подобных, казалось бы, третьестепенных и необязательных деталей составляет основу натуралистического подхода к изучению животных, великим мастером которого среди наших экологов является непревзойденный натуралист профессор А. Н. Формозов. Именно эти детали становятся необходимыми связующими звеньями, позволяющими изучать не отдельные параметры биологии зверя, а восстанавливать картину жизни животного как единого и неделимого целого, без чего ни одно живое существо не может считаться познанным до конца, да, пожалуй, что более важно, останется непознанным в главном, в своей сути.
 

О ранней нагонке гончих

05-11-2018 Hits:30 Гончие RuneFlame - avatar RuneFlame

A7c49

В статье В. Федорина приводится несколько случаев нагонки гончих с 3—4месячного возраста, причем этот молодняк был дипломирован на испытаниях дипломами Ш степени уже в годовалом возрасте и такая нагонка не...

Read more

Вальдшнеп на Кавказе

13-11-2018 Hits:3 Охотничьи животные RuneFlame - avatar RuneFlame

Gall9

В предгорьях Северного Кавказа вальдшнеп появляется только во время весеннего и осеннего пролета. В период с 10 мая по 23 сентября мы не встретили ни одного вальдшнепа. Осенью первых пролетных...

Read more

Соболиные уборные и становые

14-11-2018 Hits:3 Охотничьи животные RuneFlame - avatar RuneFlame

16

Соболиные уборные и столовые, но описание их отсутствует и объяснения этим понятиям не дано. Очень многое из наших полевых наблюдений не укладывается в прокрустово ложе книги или научной статьи и...

Read more